vitranslator (vitranslator) wrote in spb_auto,
vitranslator
vitranslator
spb_auto

Один день в четырёх историях.

Недавно, вылечив свой Крузовик, я собрался в очередную поездку в Рёконь. Бывают такие дни... Когда вечером кажется, что прожил целую жизнь. Недолгую, но целую. Трудно объяснить из чего это ощущение складывается. Я и пробовать не буду.

История первая. Снова Рёконь.
О Рёкони я узнал чуть меньше года назад и, съездив однажды, продолжал всю осень и зиму, даже под Рождество выбрался. Дорога местная, последние 50 км. до Заозерья представляет собой гребёнку с весьма изменчивым качеством. Причём качество меняется как во времени так и в пространстве. Разные её участки вытрясают душу с разной эффективностью, но в целом вполне терпимо на мой взгляд. Если ехать аккуратно и вовремя отслеживать изменение качества дороги, есть шанс сохранить целыми и подвеску, и зубы, и добраться вовремя.
В Рёконь едем с отцом Симеоном – пока единственным монахом, который там живёт. Везу стройматериал собранный где придётся. Ну и самого отца Симеона везу. Это отдельная задача потому что транспорт туда не ходит никакой. От Заозерья до монастыря (последние 8 км.) путь и простой внедорожной технике летом заказан. Там раздолье для подготовленных агрегатов да гусеничных тракторов. ГАЗ-66 ещё как-то проходил. На Круизере осенью проползли километра полтора-два, а на сей раз даже нос казать не рискнули. Из-за последних дождей Реконька разлилась необычайно, чуть не пол-дороги оказалось под водой. Только, немного помахав бензопилой, расчистили дорогу от упавших деревьев на будущее. Оставив отца Симеона в деревенском доме, расчистив багажник от жести, окон и дверей, трогаюсь обратно, размышляя о том на сколько (десятков?) лет тут ещё хватит работы.

История вторая. Виктор Василич.
Виктор Василич мальчишкой пытался убежать на фронт. Но был приставлен к заводу выпускавшему оружие. На заводе, где мужики, даже 16-летние, были на вес золота, ему присвоили пятый разряд. Чтобы на фронт не взяли. С пятым разрядом можно было оставаться и ковать меч против фашистов. Но Виктор Василич ковать меч не хотел, а хотел на фронт и потому, как только исполнилось семнадцать, подделал документ с разрядом, вписал четвёртый (а с четвёртым на фронт брали) и пошёл в военкомат. На пару с другом-одногодком, который уже успел получить похоронку на отца. Военком всё понял, ибо было не впервой и записал куда надо. Рассказал когда прийти на вокзал с вещами, чтобы сразу попасть на эшелон. Только не сразу заметили ребята, что везёт их тот эшелон не на запад, а на восток. На Дальний восток. Так что повоевать с немцами не пришлось, зато отдал семь лет Тихоокеанскому флоту. А сейчас Виктор Василич сидит на переднем сиденье машины, собранной на ещё более дальнем востоке и едет в Питер смотреть чемпионат мира по футболу. И рассказывает мне… обо всём. О том, как работал в 60-е инженером, в 70-е возглавлял комиссии народного контроля; клянёт реформаторов, консерваторов и (!) комсомольцев, которые развалили великий Советский союз, хвалит Маркса и сожалеет о погибшем рабочем классе; на чём свет стоит ругает нанотехнологии и перечисляет на память станки необходимые для всех видов производства; сетует на министерства и «Справедливую Россию» которые присылают формальные отписки на его предложения по военным и административным реформам. А меня не покидает ощущение, что справа от меня сидит вся страна – всё повидавшая, запутавшаяся, наивная, слабая и каким-то невероятным образом всё ещё существующая.

Лев и три бриллианта.
… Я ему говорю: Саша, аккуратно! Ты не успеваешь. А он говорит «Ерунда!». Ну и поехал, дурак. Да что ж такое, а?! Ерунда! Второй месяц права, возомнил себя… Ух…
Редко приходится слышать от человека, который получил перелом в аварии, речь без мата. Особенно, когда просишь объяснить как это было. Фёдор рассказывает, что занимается боями без правил и ему не впервой. Раскиданные по сторонам 307-й Пежо и Мицубиси Лансер с практически отсутствующими бортами дожидаются фотосессии страхового комиссара, а я усаживаю новых пассажиров и прикидываю маршрут до травмы. Как правило аварии, особенно серьёзные, происходят при сложении двух глупостей. Это классический вариант. Один молодец разворачивался на «авось», другой поливал 150 по Мурманке, не умеючи. В общем, второй догнал первого. Повезло обоим – удар прошёл по касательной и оба, пролетев по доброй сотне метров, никуда не врезались. Поразмыслив, решаем не тратить время на извлечение Лансера, ибо после такого удара без эвакуатора ехать никуда не стоит. Болтаем, едем, правда все разговоры невольно скатываются к тому, что слава Богу, что в травму, а не в морг.

История четвёртая. Ангелы на КАДе
Всех отвёз. Интересно, я сегодня доеду домой? Господи, давай сегодня никто не будет улетать никуда на моём пути, а? Ну и не только улетать, а вообще… Видимо нет. Ну ладно, напоследок махнём колёсико дамам. Здрасьте-давайте-помогу-домкрат-у-меня-есть… В процессе помогания выясняется, что случай именно из тех, о которых я упоминал весной. Перегретая зимняя резина на переднем колесе с парой грыж размером с кулак и… на счастье оторвавшийся ниппель. Почему на счастье? Потому что, взорвись у дам переднее колесо на КАДе, я не уверен, что все бы выжили. А так – колесо медленно и печально спустило, что давало время на адекватную реакцию. В общем, ангелы на КАДе сработали на пять баллов из пяти, особенно учитывая, что женщина за рулём в пределах пары месяцев станет мамой. История имела забавное продолжение, описанное в этом посте.

Хороший был день… Насыщенный! (С)
Берегите себя!



P.S. Песня такая тоже не знаю почему. В настроение просто.
Tags: Поездки по России, Прочее, Служба Спасения Сообщников
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 35 comments